Обложка Бальзак Оноре. Шагреневая кожа
Азбука. 2011
978-5-389-01729-0
7845
  5 / 10
ПлохоОтлично 

О своем знаменитом романе "Шагреневая кожа" Бальзак высказался достаточно определенно: "Это формула нашего теперешнего века, нашей жизни, нашего эгоизма... в ней все миф и символ". История героя романа Рафаэля де Валантена — это часть биографии самого писателя. Он молод, влюблен в недоступную светскую красавицу и отчаянно беден, живет в продуваемой и холодной мансарде под самой крышей, порой подолгу голодает. Случайно замеченная в антикварном магазине старинная шкатулка с заключенной в ней шагреневой кожей дает юному честолюбцу ключ к невероятному могуществу. Но возможно ли быть счастливым, если самые невероятные желания осуществляются как по мановению волшебной палочки? Обретение вожделенных миллионов дает герою все, кроме жизни и любящего человеческого сердца.

Книга входит в списки «100 книг зарубежной литературы по версии Союза писателей России», «100 лучших книг по версии НГ-Ex libris».

Формат: FB2


Добавить комментарий
Добавить комментарий

Похожие книги

Ремарк Эрих. Триумфальная арка

Это — красивейший из европейских романов XX века. Роман о любви, войне и смерти. Это — печальнейший из европейских романов XX века. Роман о женщине, у которой нет ничего, кроме жалких сиюсекундных побед, — и о мужчине,...

Кундера Милан. Невыносимая легкость бытия

"Невыносимая легкость бытия" (1984) — самый знаменитый роман Милана Кундеры, которым зачитываются все новые и новые поколения читателей, открывающие для себя вершины литературы XX века. Книга входит в списки « 100 книг...

Пополь-Вух. Родословная владык Тотоникапана

Эпическое произведение народа киче "Пополь-Вух" (в переводе - "Книга народа") является одним из немногих уцелевших памятников литературы народов древней Америки. "Родословная владык Тотоникапана", прилагаемая к данному...

Дюма Александр. Собрание сочинений. Том 31. Парижские могикане. Часть 3, 4

В тридцать первый том Собрания сочинений входят 3 и 4 часть романа «Парижские могикане». «Парижские могикане» сочетают в себе жанры детектива и любовно-сентиментального романа. Время действия романа — с февраля 1827 г....

Хаггард Генри. Дочь Монтесумы. Жемчужина Востока

Судьба героя романа "Дочь Монтесумы", Томаса Вингфилда, сплошная цепь неожиданностей. Он намеревался стать лекарем, но был объявлен верховным богом ацтеков; вместо мирной жизни в отцовской усадьбе сражался против...

Дефо Даниель. Всеобщая история пиратов

Всеобщая история грабежей и убийств, учиненных наиболее известными пиратами, а также их нравов, политики и правления со времени их первого появления на острове Провиденс в 1717 году, где они основали свое поселение, до...

Хаксли Олдос. Контрапункт

Изысканный, злой и безупречно точный роман нравов, восходящий к творчеству даже не Уайльда, но — Теккерея. Роман, автор которого как хирургическим скальпелем препарирует быт и нравы английского высшего света эпохи...

Хемингуэй Эрнест. В наше время

Сборник рассказов, в котором дар Хемингуэя — мастера "малой прозы" проявляется с максимальной остротой. Большинство произведений сборника носят не просто лирический, но откровенно автобиографический характер и...

Гюго Виктор. Человек, который смеется

Ореолом романтизма овеяны все произведения великого французского поэта, романиста и драматурга Виктора Мари Гюго (1802-1885). Двое обездоленных детей – Дея и Гуинплен, которых приютил и воспитал бродячий скоморох...

Моэм Сомерсет. Рассеянные мысли. Сборник

Эту книгу Джон Бойнтон Пристли назвал «самым честным произведением Моэма, в котором автор позволяет себе быть собой». Собрание эссе, посвященных самым разным темам — истории, литературе, искусству и философии. От...

Кэрролл Льюис. Дневник путешествия в Россию. Пища для ума

Льюис Кэрролл (он же Чарльз Лютвидж Доджсон) очень любил логику и математику. Кроме того, его всегда притягивало то, что лежит у крайних пределов логического мира, позволяет заглянуть за грань здравого смысла и...

Оруэлл Джордж. 1984. Скотный Двор

"1984". Своеобразный антипод второй великой антиутопии ХХ века — "О дивный новый мир" Олдоса Хаксли. Что, в сущности, страшнее: доведенное до абсурда "общество потребления" — или доведенное до абсолюта "общество идеи"?...

Дефо Даниель. Робинзон Крузо. История полковника Джека

Книгу составили романы "Робинзон Крузо", принесший автору мировую славу, и "История полковника Джека", в котором, показав приключения ряда порочных и преступных героев, Дефо раскрыл роковую роль среды и буржуазного...

Уортон Эдит. В лучах мерцающей луны

Впервые на русском — увлекательный, будто сотканный из интриг, подозрений, вины и страсти роман классика американской литературы, автора такого признанного шедевра, как «Эпоха невинности», удостоенного Пулицеровской...

Флобер Гюстав. Госпожа Бовари

"Госпожа Бовари" — самый известный и самый совершенный роман Гюстава Флобера. Избрав для своей книги весьма непритязательный сюжет, автор создал произведение неподвластное времени. Вот уже полтора столетия читателей не...

Филдинг Генри. История Тома Джонса, найденыша

Создавая «Тома Джонса», Фильдинг уже знал, что рождается великая вещь. Несколько тысяч часов, проведенных за письменным столом в обществе героев романа, окончательно убедили Фильдинга, что талант комедиографа, которым...

Диккенс Чарльз. Барнеби Радж

Действие этого историко-приключенческого романа разворачивается на фоне буржуазной революции Оливера Кромвеля. Что происходило тогда в Британии? Каким эхом откликнулись "грехи отцов" впоследствии, много десятилетий...

Мисима Юкио. Звук воды

Юкио Мисима (настоящее имя Кимитакэ Хираока) – самый знаменитый и читаемый в мире японский писатель, автор сорока романов (пятнадцать из которых были экранизированы еще при его жизни), восемнадцати пьес, многочисленных...

Унсет Сигрид. Улав, сын Аудуна из Хествикена

"Улав, сын Аудуна из Хествикена" - один из лучших исторических романов знаменитой норвежской писательницы Сигрид Унсет (1882-1949). Его действие разворачивается в средневековой Норвегии. Это захватывающая сага о судьбе...

Ремарк Эрих. Черный обелиск

Их называли "потерянным поколением". И они действительно потеряли все — или почти все? Что же у них осталось? Верная дружба — и спасительная ирония. Потому что иначе невозможно ни выжить в "стране, охваченной...