Обложка Пелевин Виктор. Чапаев и Пустота
Вагриус. 2004
5-9560-0083-Х, 978-5-9560-0083-0
4898
  4 / 4
ПлохоОтлично 

Виктор Пелевин — "самый известный и самый загадочный писатель своего поколения". Реальность в его произведениях тесно переплетена с фантасмогорией, времена смешаны, стиль динамичен. Роман "Чапаев и Пустота", ставший культовым почти сразу после его издания, сам автор определяет так: "Это первый роман в мировой литературе, действие которого происходит в абсолютной пустоте". На самом деле оно происходит в 1919 году в дивизии Чапаева, у которого герой, поэт-декадент Петр Пустота, служит комиссаром, а также в наши дни, а также, как и всегда у Пелевина, в виртуальном пространстве, где с главным героем встречаются Кавабата, Шварценеггер, "просто Мария"...

Книга входит в список «100 лучших книг по версии НГ-Ex libris».

Формат: FB2


Добавить комментарий
Добавить комментарий

Похожие книги

Иванов Анатолий. Вечный зов. В 2 томах. Том 2

Широки и привольны сибирские просторы, под стать им души людей, да и характеры их крепки и безудержны. Уж если они любят, то страстно и глубоко, если ненавидят, то до последнего вздоха. А жизнь постоянно требует от...

Довлатов Сергей. Собрание сочинений в четырех томах. Том 4

В четвертый том Собрания сочинений Сергея Довлатова входят: повесть «Филиал» («Записки ведущего») — история ставшего сотрудником западного радио писателя; «Записные книжки» («Соло на ундервуде» и «Соло на IBM») —...

Пелевин Виктор. Диалектика Переходного Периода из Ниоткуда в Никуда

Фирмы, предприятия и действующие лица, встречающиеся в книге, являются плодом вымысла. Любое совпадение с реально существующими структурами и людьми является непреднамеренным и случайным. Другое название: ДПП (НН)....

Стендаль. Красное и черное

Стендаль (1783–1842) — настоящая фамилия Анри Бейль — один из тех писателей, кто составил славу французской литературы XIX века. Его перу принадлежат «Пармская обитель», «Люсьен Левель», «Ванина Ванини», но вершиной...

Апдайк Джон. Кентавр

Знаковая книга, без которой современная постмодернистская проза, возможно, не обрела бы окончательной, привычной нам, формы. Книга, в которой — впервые в англоязычной литературе! — возник прием "смысловой сложности", с...

Шоу Ирвин. Вершина холма

Он рисковал. Рисковал снова и снова. Он играл со смертью. Играл, чтобы ощутить вкус к жизни. Он не мог существовать по-другому. Не знал иного способа убежать от себя. Если убежать от себя вообще возможно. А если нет -...

Во Ивлин. Незабвенная

Америка конца тридцатых — под безжалостно-остроумным пером Ивлина Во. Америка Голливуда, превращающего литературные шедевры в кинематографическую сладкую пошлость, и семейных ресторанчиков, где доброкачественная еда не...

Гранин Даниил. Причуды моей памяти

Новую книгу Даниила Гранина нельзя отнести к какому-либо литературному жанру в ней он отступил от своей привычной стилистики. Книга-размышление написана в форме кратких заметок, охватывающих промежуток времени от конца...

Симонов Константин. Собрание сочинений в десяти томах. Том 3. Пьесы 1946—1961. Дым отечества. Товарищи по оружию. Случай с Полыниным

Третий том Собрания сочинений составили произведения разных жанров, написанные в первые послевоенные годы — пьесы «Русский вопрос», «Четвёртый», роман «Товарищи по оружию», повести «Дым Отечества» и «Случай с...

Довлатов Сергей. Собрание сочинений в четырех томах. Том 2

Второй том Собрания сочинений Сергея Довлатова составлен из четырех книг: «Зона» («Записки надзирателя») — вереница эпизодов из лагерной жизни в Коми АССР; «Заповедник» — повесть о пребывании в Пушкинском заповеднике...

Битов Андрей. Пушкинский дом

Роман «Пушкинский дом» — «Второе измерение» Империи Андрея Битова. Здесь автор расширяет свое понятие малой родины («Аптекарского острова») до масштабов Петербурга (Ленинграда), а шире — всей русской литературы....

Пелевин Виктор. Смотритель. Том 1. Орден желтого флага

Император Павел Первый, великий алхимик и месмерист, не был убит заговорщиками — переворот был спектаклем, позволившим ему незаметно покинуть Петербург. Павел Алхимик отбыл в новый мир, созданный гением Франца-Антона...

Ливанов Василий. Легенда и быль

Повести, вошедшие в книгу известного актера, режиссера и сценариста Василия Ливанова, тематически весьма разнообразны. Повесть «Агния, дочь Агнии» переносит читателя в мир дохристианских представлений, в мир жестоких...

Жид Андре. Фальшивомонетчики

Роман, знаковый как для творчества Андре Жида, так и для французской литературы первой половины XX века вообще. Роман, во многом предсказавший мотивы, которые стали впоследствии основными в творчестве...

Богомолов Владимир. Момент истины

Роман о советских контрразведчиках, действовавших в годы Великой Отечественной войны. Книга входит в список « 100 книг, рекомендуемых школьникам Минобрнауки России ». Другое название: «В августе сорок четвёртого...»...

Во Ивлин. Елена

Роман, который сам Ивлин Во не однажды называл своих лучшим творением. Роман, в котором его обычная злая и искрометная ирония отступает на задний план, уходит в контекст, сменяется чуткой вдумчивостью автора хорошей...

Пелевин Виктор. Омон Ра

«Омон Ра» (1991) — роман Виктора Пелевина, названный по имени главного героя. Представляет собой полупародию на воспитательные романы советской эпохи и по жанру близка к триллеру. Характерно внимание к деталям, которые...

Пелевин Виктор. Generation “П”

Роман «Generation „П“», ставший культовым в молодежной среде, посвящен явлению, проникшему во все поры нашей повседневной жизни, – рекламе. Многие склонны просто отмахиваться от нее, как от назойливой мухи, считая...

Арсеньев Владимир. Избранные произведения. В двух томах. Том 1. По Уссурийскому краю. Дерсу Узала

В первый том включены научно-художественное произведение «По Уссурийскому краю», в основу которого легли события экспедиционной жизни в уссурийской тайге в 1906 г., и документально-художественная повесть «Дерсу Узала»....

Лем Станислав. Человек с Марса

Литературный дебют Станислава Лема. Повесть, написанная еще в период оккупации Польши опубликованная в журнале в 1946 году — и не переиздававшаяся вплоть до 1985 года. На первый взгляд эта повесть кажется обычным, хотя...